1 Стратегии семейной терапии. Терапия Милтона Эриксона в контексте семейной терапии

С.-Петербург +7(812) 642-5859 +7(812) 944-4080

Стратегии семейной терапии. Терапия Милтона Эриксона в контексте семейной терапииСкачать


Автор: Эриксон М., Хейли Дж.

Девушкавернулась в колледж. Она написала мне письмо, где просила принять налечение остальных членов семьи. Я ответил, что, если они обладаюттакой же широтой ума, как и их дочь, то мне будет очень приятно.

Впоследствиия шесть раз встречался с матерью по поводу второй дочери, на чей бракона только что согласилась. Я спросил ее, достаточно ли плохо онасебя вела в этой ситуации, чтобы возвратить себе все, что онапотеряла. И она согласилась, что вполне достаточно. Затем я попросилее написать список всех глупых поступков, которые она совершила всвоей жизни. Она сделала это и мы посмеялись над этими поступками, вособенности над теми случаями, когда она должна была наслаждатьсясобой, но не делала этого. Затем она поехала навестить свою замужнююдочь и визит прошел прекрасно.

Этотслучай иллюстрирует взгляд Эриксона на то, каким образом родителидолжны позволить своим детям самим управлять своей собственнойжизнью, а так-

400

МилтонЭриксон, Джей Хейлы

жеего подход к проблеме в том случае, когда социальная ситуация делаетналичие проблемы необходимым. Девушка позволила, чтобы родителииспользовали ее как средство борьбы между собой и с другимиродителями, вплоть до присвоения себе образа жизни инвалида, вместотого чтобы критически посмотреть на ситуацию и начать самостоятельнуюжизнь. Психотерапия была направлена на поощрение желания девушки житьтак, как ей захочется, а также на ослабление вовлеченности родителейв ее проблемы.

Вдругих случаях Эриксон мог взаимодействовать исключительно сродителями. Вот пример ситуации, где родители опять были чрезмерноопекающими и излишне снисходительными, но действия Эриксона былисовершенно другими. Он рассказывает:

Комне пришла очень встревоженная молодая девушка. Она была обеспокоенаповедением своих собственнически настроенных, назойливо заботливыхродителей. Когда девушка училась в колледже, мать стирала и шила занее, а также следила за тем, как она вела себя во время выходных. Ноболее всего девушку расстраивал тот факт, что в качестве подаркадочери к окончанию средней школы они сделали пристройку к дому,предполагая, что, выйдя замуж, она будет жить там. Девушка сказала,что не знает, что делать, поскольку, выйдя замуж, она совершенно нехотела жить с родителями. Ведь они были так добры к ней и истратилина эту пристройку уйму денег. Девушка чувствовала, что попала вловушку, и считала, что не сможет никогда достичь независимости отродителей, даже если выйдет замуж.

Этупроблему можно рассмотреть с разных точек зрения и в соответствии сними выбрать различные способы вмешательства. Психотерапевт мог быпомочь девушке взбунтоваться против родителей, следствием

401

чегомог бы быть раскол семьи. Пристройка к дому тогда символизировала бытогда вражду между родителями и ребенком. Или же можно былопосоветовать родителям, чтобы они не относились к дочери как кбеспомощному придатку без всяких прав и привилегий и не определяливсецело ее будущую жизнь. Вследствие этих советов они моглиосвободить или не освободить девушку, но пристройка осталась бы тогдасимволом того, что они плохие родители. Эриксон вмешался в ситуациючерез родителей, но особенным образом. Прежде всего он посоветовалдевушке соглашаться со всем происходящим и предоставить родителейдевушки ему, и это типично для него — принимать на себяответственность за решение проблемы.

Явстретился с родителями и мы весьма приятно побеседовали. Я поздравилих с тем, что они так тщательно заботятся о благополучии дочери. Онизаботятся о будущем дочери, предвидя его, и я начал рассказывать обэтом будущем, о том, как она влюбится, обручится, выйдет замуж,забеременеет, родит ребенка. При этом я подчеркивал, с какойготовностью они принимают на себя все последствия этих событий, чтовообще-то совершенно не характерно для родителей взрослых детей.Большинство родителей, когда их дочь повзрослеет, чувствуют, что делосделано, но мои собеседники, напротив, с нетерпением ждут, когдаможно будет продолжить свои труды. Если дочь будет жить тут же рядомс ними в пристройке, они смогут ждать с нетерпением того момента,когда можно будет помогать ей заботиться о ребенке. В любое время онимогут оставаться с ребенком, в то время как другие родители взрослыхдетей не очень-то любят это делать. Ребенок будет плакать по ночам,но конечно же они предусмотрели звукоизоляцию в стенах? Оказалось,что нет, не предусмотрели. И я смог поздравить их с тем, что ониготовы еще раз пережить все те ситуации, которые связаны сприсутствием в доме

402

МилтонЭриксон, Дже.й Хейли

малыша.Они пережили это, когда их дочь была еще маленькой, а теперь готовыпережить еще раз. Затем мы начали беседовать о том, как их будущийвнук будет учиться ходить, и, конечно, если он будет жить здесь, впристройке, он будет все время бродить по всему дому. Мы вспомнили,что это значит для дома — ребенок, начинающий ходить. Его можнонеожиданно обнаружить повсюду, и все бьющиеся вещи надо подниматькуда-то наверх, и, вообще, все в доме надо переустраивать. Другиебабушки и дедушки обычно не хотят жертвовать в такой мере своимобразом жизни. Чтобы все сделать как следует, они должны будут, всоответствии с собственной перспективой превращения в бабушку идедушку, предусмотреть все необходимое для внука.

Есливам удастся заставить их подумать о том, что они станут бабушкой идедушкой, муж может задать себе вопрос: «Что за бабушка выйдетиз нее?» Жена начинает задавать себе тот же самый вопросотносительно мужа. Прибавление семейства у них еще впереди, и выможете заставить их принять идею о том, что они должны измениться ипосмотреть друг на друга критически. Чтобы начать соперничать иконфликтовать на уровне бабушки и дедушки, они должны заставитьсыночка жениться и завести ребенка. Тогда мать может заставить своегомужа увидеть свои недостатки как дедушки, в то время как он получитвозможность упрекать ее в том, что она недостаточно хорошая бабушка.В предвкушении этой борьбы они могут провести несколько лет, в товремя как их дети оторвутся от семьи и начнут самостоятельную жизнь.

ПосколькуЭриксон не считал, что люди могут изменить свое поведение, еслисказать им, что они ведут себя недолжным образом, он обычно не давалродителям советов, указывая, как им следует себя вести, аорганизовывал ситуации так, что они начинали вести себя по-другому.Иногда он добивался этого, подменяя

403

предметспора. Гипнотизируя клиента, он говорил: «Вы хотите войти втранс сейчас или позже?», представляя таким образом в качествепредмета спора момент вхождения клиента в транс, а не сам факт еговхождения. То же самое происходит и с родителями. Раньше они спорилио том, хорошие ли они родители, а теперь они будут спорить о том,хорошие ли они бабушка и дедушка. В следующем примере Эриксон работалс матерью, решая с ней проблему, как стать хорошей бабушкой.

Вэтой семье было трое сыновей: двадцати четырех, девятнадцати исемнадцати лет. Нужно было решить проблему отъезда из дома старшего исреднего сыновей, а также и младшего сына, который, продолжая ходитьв школу, должен был жить со старшим братом. Муж и жена в этой семьесоперничали между собой очень разрушительно. Всю ситуацию определялажена. Ее муж был художником, который считал, что за него все решаетжена вплоть до вопроса о том, в какой области искусства ему работать.

Когдамне удалось организовать отъезд сыновей из дома, отец началбеспокоиться о жене. Я сосредоточил свое внимание на ней, отметив,что сейчас она переживает один из наиболее важных периодов своейжизни: она превращается из хорошей жены и матери, какой она была впрошлом, в хорошую бабушку, каковой она станет в будущем. Яподчеркнул, что сейчас она занимает положение ожидания момента, когдаона станет бабушкой. Что сейчас она не жена или мать, а человек,готовящий себя к тому дню, когда ее сыновья женятся и заведут детей.И она начала вырабатывать в себе эту выжидательную позицию, стараясьсделать это как можно лучше, поскольку она была женщиной, любящейделать все только хорошо. Несмотря на туманное определение, этапозиция была весьма реальной. Она стала гораздо меньше опекать своихсыновей, поскольку положение матери осталось

404

унее в прошлом, и меньше соперничать с мужем, поскольку ей надо былосохранять себя для выполнения в будущем роли бабушки.

Еслисвязь матери с ребенком слишком тесна и интенсивна, и поэтому мать неможет его освободить, Эриксон отнюдь не считает, что ситуацию можноизменить с помощью рационального объяснения. Разрешая эту проблему,Эриксон пользуется различными способами, но если он взаимодействуетнепосредственно с матерью, а не со всей семьей, то стиль еговмешательства при этом весьма характерен. Однажды он работал сматерью, которая не хотела отпускать от себя дочь, но не осознавалаэтого. Мать считала дочь обременительным грузом, но вместе с темпостоянно привязывала ее к себе. Когда девушка сделала реальный шаг кнезависимости, поступив в колледж в возрасте восемнадцати лет, матьтоже решила поступить в колледж, чтобы учиться вместе с ней, и дочьприветствовала это. Затем у дочери случился .шизофренический эпизод,и ее положили в больницу. По истечении многих лет, в течение которыхдевушка находилась то дома, то в больнице, мать обнаружила, что неможет жить ни с дочерью, ни без нее, но не осознавала себянеспособной отделить себя от дочери несмотря на то, что множествопсихиатров говорили ей об этом. Комментируя этот вопрос, Эриксонсказал, что он никогда бы не стал заставлять мать осознать, что ейтрудно отпустить от себя дочь. Он предлагал другие варианты.

Однаиз процедур, которые я использую для того, чтобы расшатать установкисобственнически настроенной матери, заключается в сосредоточениивнимания матери на процессе роста и развития дочери. Я говорю матери:«Вы хотите, чтобы ваша дочь выросла зрелым и независимымсуществом. Вы совершенно правы в том, что этого хотите. Но сейчас вымне должны помочь понять, где и как нарушилось развитие дочери, и врезультате чего она сейчас не хочет покинуть вас

405

истать самостоятельной. Скажите, пожалуйста, когда ваша дочь началапревращаться из маленькой девочки в подростка, на какой признаксвоего физического развития она прежде всего обратила ваше внимание?Изменилась ли ее осанка с развитием грудей? Обратила ли она вашевнимание на свой таз? Могла ли она, принимая ванну, попросить васпринести полотенце, чтобы вы могли увидеть, что у нее начали растиволосы на лобке? Как она относилась к губной помаде? Хотела ли онаузнать у вас, как лучше подчеркнуть контур своих губ?

Такимобразом, я поочередно концентрирую внимание матери на всех признакахподросткового развития дочери, все время подчеркивая, что дочьотличается от нее. Таким образом, у матери появляется ощущение, чтоона не принадлежит к поколению дочери и не является ее соученицей.Сосредоточиваясь на развитии дочери, мать начинает осознавать себякак взрослую, зрелую женщину. И у нее появляется мысль о том, чторастущие у ее дочери груди и волосы на лобке могут иметь значение длядругого мужчины, а отнюдь не для ее отца.

Когдадочь становится подростком, собственнически настроенная мать сильнопереживает. Я не стал бы помогать матери осознавать, что ей трудноотпустить от себя дочь, когда она становится старше. Я обратил бывнимание матери на то, что сначала дочь становится привлекательнойдля пятнадцатилетнего мальчика, затем для шестнадцатилетнего и т.д.,и, наконец, для восемнадцатилетнего парня. Таким образом, дочьопределяется как существо, в сущности не привлекательное для зрелыхмужчин, которых привлекает как раз мать. Дочь привлекательна длямолодых мальчиков. Таким образом подчеркивается превосходство материв зрелости, и таким образом мать начинает отделять себя от дочери. Ейприходится признать, что, если дочь, вполне возможно, является рыбой,то она сама является птицей. А если ты птица, то зачем тебе нужнарыба?

406

МилтонЭриксон, Джгъ1 Хейли

Еслия работаю с матерью, собственнически настроенной по отношению к сыну,то иногда я помогаю сыну покинуть семью. Когда мать обнаруживает, чтоэто произошло, то я мешаю предпринять ей что-либо по этому поводу.Она действительно хочет вернуть своего сына обратно. Я фрустрирую ее,продолжая встречаться с ней, но прямо и абсолютно отказываясьобсуждать жизненную ситуацию сына. И она никак не может вернутьсыночка домой, пока сначала не обсудит это со мной и не заставит меняпризнать мою ошибку.

Вдействительности, сын начинает отделяться от матери где-то втринадцать-четырнадцать лет. До этого момента он был деточкой,человеческим существом неопределенного пола, но, становясьподростком, он становился мужчиной, предназначенным для какой-либодругой женщины.

Следующийпример иллюстрирует еще один способ, с помощью которого Эриксонспособствовал тому, чтобы мать освободила своего ребенка.

Иногдаможно обнаружить, что ребенок достиг возраста, в котором он мог быпокинуть дом, но он не может этого сделать. Он не может покинутьсвоих родителей, но не может также оставаться вместе с ними. Когда онделает движение по направлению к ним, они отталкивают его, а когда онделает движение, чтобы уйти, они притягивают его к себе. В такихслучаях я дезориентирую родителей таким образом, что, когда онпытается уйти, они подталкивают его.

Работаяс одной семьей, я пытался сделать так, чтобы сын покинул родительскийдом и жил со своим старшим братом. С собственнически настроеннойматерью я говорил особым образом. Когда она говорила: «Но вы непонимаете», я тут же замечал, что, пока ее сын живет с ней, унее будет возможность понимать его. Я проделывал это снова и снова:когда она говорила, что я ее не понимаю, я каким-либо образом упо-

407

миналее сына, живущего вместе с ней. Когда же она утверждала, что японимаю ее в каком-либо отношении, я говорил: «Это мысль —чтобы ваш сын жил Со своим старшим братом. Мне это никогда неприходило в голову». Таким образом, когда я понимал ее, то тутже упоминал сына, покидающего дом. В конце концов мать сама сталанастаивать на том, чтобы сын переехал жить к своему старшему брату.Она была очень рада, что додумалась до всего этого.

Взрослогоребенка удерживает в семье не только привязанность матери и отца, нои функция, которую он выполняет в их супружеских отношениях. Поэтому,когда ребенок начинает самостоятельную жизнь, отношения родителейдолжны измениться. Родители обычно считают, что проблема ребенка неимеет никакого отношения ни к ним, ни к их отношениям. «Мы былибы так счастливы, если бы Сэм не болел». Часто встречается ислучай, когда ребенок предстает единственным яблоком раздора в семье,так же, как и единственным источником их фрустрации. Выступая в этомплане единым фронтом, родители оправдывают болезнью ребенка все своитрудности и неудачи. Эриксон часто перемещал предмет спора в областьсупружеских отношений. При этом он мог разрушать мнимую сплоченностьродителей.

Когдак вам приходит супружеская пара с очевидно проблемными отношениямимежду собой, но предъявляют они исключительно проблему ребенка, вамприходится иметь дело с объединенными против вас силами мужа и жены.Вам следует разъединить их и сделать так, чтобы они этого незаметили. Я, например, говорю жене, в то время как муж самодовольноулыбается: «Знаете, когда вы мне все это объясняете, упрощайте,пожалуйста, все до предела. Ведь будучи мужчиной, я не могу до концапонять все тонкости, о которых вы тут говорите». Как реагируетна это женщина? Она

408

МилтонЭриксон. Лжей Хейли

сразуже оказывается по другую сторону баррикады. Она отделяет себя от мужаи от меня, ощущая себя женщиной и противопоставляя себя нам, бедным,несчастным мужчинам. Мужу приходится признать, что я умный мужчина, ипри этом понимаю мужчин и нахожусь на их стороне. Он тоже делает шагв сторону от жены и присоединяется ко мне. Таким образом мне удаетсярасколоть этот единый фронт.

Завоевавпризнание жены, я в определенный момент переопределяю себя, и теперья больше не являюсь бедным, глупым мужчиной. Я превращаюсь взаинтересованное третье лицо, не вовлеченное в их борьбу. Такимобразом, оказывается, что я нахожусь по обе стороны баррикады. Я наего стороне, но так же и на ее стороне. Будучи объективным, нозаинтересованным третьим лицом, я действительно способен понятьпозицию женщины. Это дает возможность женщине понимать меня и так иэдак. Если она захочет воспринять меня как глупого мужчину, онадолжна будет компенсировать это, наделяя меня интеллектом. Ведь онане собирается тратить свое время на общение с совершенно глупыммужчиной. Она пришла ко мне, потому что я умный и объективныйчеловек. Моя глупость дает ей возможность отвергнуть то, что я ейговорю, но в результате она оказывается обязанной принять это.

Когдаситуация в семье ухудшается до предела, один из членов семьи частооказывается в психиатрической больнице. Иногда это является временноймерой. Но часто краткая госпитализация сменяется более длительной,госпитализации повторяются, пока человек не становится постояннымобитателем психиатрической больницы, сделав карьеру хроническогопсиха. Подобно большинству психиатров, Эриксон получал своюпрофессиональную подготовку в психиатрической клинике. Но в отличиеот большинства психиатров, он изобрел эффективные способы леченияхронически больных. Работая в государственной

409

больнице,а также будучи заведующим лабораторией психиатрических исследований иподготовки персонала в больнице штата Уэйн, Эриксон ввел в практикумножество способов лечения «психически больных». Иногдаон ставил цель повысить продуктивность пациента внутри больницы, вдругих же случаях он старался вернуть пациента в общество.

Оченьчасто в психиатрических больницах между персоналом и пациентами идетборьба за власть, которая может закончиться либо унижением пациента,либо его саморазрушением как личности. Эриксон обычно вовлекался вэту борьбу, но использовал ее таким образом, что пациент был вынужденстановиться более продуктивным. Сам Эриксон говорил об этом так: «Вывсегда берете на себя ответственность за некоторое совместноепредприятие, соглашаясь с тем, чего хочет ваш партнер». Преждечем изложить следующий случай, где Эриксон боролся за жизнь пациентаи выиграл эту борьбу, целесообразно будет привести одно из егозамечаний о вредном последствии благотворительности. Однажды Эриксонсказал:

Психиатрыи врачи вообще часто считают себя вполне компетентными, решая вопросо том, что для пациента лучше. Я вспоминаю одного миллионера изЛос-Анджелеса, который как-то сказал мне: «Я долго ждал встречис вами, чтобы пригласить вас на ужин. Вы сможете выбрать любую еду,какую только пожелаете. В вашем распоряжении будет все, что толькодоступно в этом поднебесном мире». Когда мы пришли в ресторан инам подали меню, я увидел, что у них в том числе в меню значиласьсолонина с капустой. Это блюдо стоило мне всего один долларшестьдесят пять центов, и я заказал его. Миллионер был шокирован исказал: «Вы этого не хотите». Он сказал официанту, чтобытот отменил заказ и принес два двенадцатидолларовых бифштекса. Когдаон принес их, я сказал: «Это для джентльмена, он заказал этибифштексы. А сейчас

410

принеситемне, пожалуйста, мою солонину и капусту». Этот парень откинулсяв кресле и сказал: «Еще никто в жизни не ставил меня на местотаким вот образом». Я ответил: «Но вы ведь сказали мне,что я могу заказать то, что я действительно люблю, а я люблю солонинус капустой. Я предполагаю, что я буду есть ее с большимудовольствием, чем вы свои два бифштекса».

Такимобразом, Эриксон всегда заботился о том, чтобы человек выбирал всвоей жизни собственный путь и свою любимую еду. Это может бытьпродемонстрировано на следующем примере, в котором описаны такжевозможные способы взаимодействия с человеком, который решил разрушитьсебя с помощью отказа от еды.

Молодойчеловек, назовем его Герберт, находился в остром депрессивномсостоянии, по поводу чего и был госпитализирован. Когда он былздоровым, он весил примерно девяносто кило, но, отказавшись есть, онпохудел и весил теперь всего лишь тридцать пять. В больнице оннаходился уже шесть месяцев. Он проводил все свое время молча, стоя вуглу комнаты. Но говорить он мог и иногда высказывался порицающе исардонически, о чем бы ни заходил разговор.

Посколькуон отказался от еды, его кормили через трубочку. Его отношение кэтому кормлению было сардоническим. Он настаивал на том, что у негонет внутренностей, нет желудка, и поэтому, когда его кормили черезтрубочку, непонятно было, куда попадает пища, поскольку внутренностейу него нет. Он видел в этом какой-то фокус, считая, что исчезновениееды — дело «ловкости рук». После кормления еды необнаруживалось в комнате, но ее не было и внутри него, так как у негоне было желудка.

Втечение недели я каждый день кормил Герберта через трубочку, говорякаждый раз, что я собираюсь позволить ему доказать мне, что желудок унего есть.

411

Крометого, он докажет самому себе, что пища попадает внутрь, идоказательство придет изнутри. Каждый раз при кормлении я повторялему это. Я говорил, что он докажет себе, что у него есть желудок, азатем представит это доказательство мне. Это доказательство будетвсецело исходить от него. Герберт отвечал мне саркастическимизамечаниями. Должно быть, со мной было не все в порядке, раз яговорил такие вещи.

Вконце недели я приготовил специальную смесь и поместил ее вустройство для кормления пациента через трубочку. Эта смесь состоялаиз взбитого с молоком и сахаром желтка с подогретым вином, рыбьегожира, питьевой соды и уксуса. Обычно при кормлении через трубочкустараются, чтобы в желудок не попадал воздух. Но я поступил наоборот,накачивая ему в желудок все больше и больше воздуха.

Явытащил трубочку, и раздался звук отрыжки. И можно было ощутитьзапах. Его ощущал я и санитар, находившийся в комнате. Таким образом,Герберт доказал, что пища находится у него в желудке, и доказал это впервую очередь себе. После этого он никогда больше не поднимал вопросо том, есть ли у него желудок. Тем не менее есть самостоятельно онвсе еще отказывался, так как считал, что ему нечем глотать.

Онначал набирать вес, а я сосредоточил свои усилия на глотании. Втечение недели в процессе кормления через трубочку я говорил ему, чтов следующий понедельник он проглотит некоторое количество жидкости. Впонедельник в столовой он сможет найти на столе стакан воды и стаканмолока. Пациенты встанут в очередь за питьем, и он будет первым вэтой очереди. И как только дверь в столовую откроется, он сможетвыпить один или оба стакана жидкости. Он ответил на это, что, видимо,с головой у меня не все в порядке. Однако я уже один раз обеспечилему доказательство изнутри и обещал сделать это еще раз.

412

МилтонЭриксон, Джсй Хейли

Ввоскресенье вечером я накормил его тяжелой и жирной пищей, в которуюположил огромное количество поваренной соли. На ночь я запер его вкомнате. В пять часов утра, промучившись от жажды всю ночь, онпопытался прорваться в умывальник, чтобы попить воды, но я проследилза тем, чтобы все помещения, где можно достать воду, были заперты.Тогда он вспомнил о двух стаканах жидкости в столовой и оказалсяпервым в очереди в столовую. Он первым из всех пациентов вошел встоловую и выпил стакан воды. Затем он сказал мне: «Вы ведьсчитаете себя очень умным, не так ли?» Я ответил ему: «Увас есть желудок, вы можете глотать, и поэтому я думаю, что высможете есть за столом». Он запротестовал: «Но я не могуесть твердую пищу». Я ответил: «Но суп-то вы можете есть.Все твердые частицы, которые есть в супе, пройдут внутрь вместе сбульоном».

Япосадил Герберта за стол и не позволял ему встать до тех пор, пока онне съел весь суп. Ему не нравилось сидеть за столом, и поэтому ондолжен был есть. Чтобы побудить его есть быстрее, я придумал кое-чтоеще. Рядом с ним я посадил пациента, который обычно не ел из своейтарелки, но предпочитал есть руками из тарелки соседей справа и слеваот себя. Он залезал в тарелку Герберта своими грязными пальцами,вытаскивал оттуда что-нибудь и съедал это. Чтобы избежать этого,Герберт должен был есть быстрее. Чем быстрее он глотал, тем менеегрязным был суп, а я просто следил за тем, чтобы с каждым днемколичество твердых кусочков в супе увеличивалось.

Затемя послал Герберта работать на ферму, прикрепленную к больнице. Ондолжен был пилить толстые бревна. Дерево было очень твердым. Япосочувствовал ему в связи с тем, что пила была чертовски тупая. Емув партнеры дали больного, который просто ездил на пиле, и Герберт,таким образом, фактически в одиночку сделал всю работу. Погода былахолодная. Если вы попробуете в холодную погоду

413

попилитьтолстые бревна тупой пилой и с ленивым партнером, то в конце концовужасно проголодаетесь. Я предупредил Герберта, что его ждетспециальное угощение. Он спросил, что за дьявольские муки выприготовили мне на этот раз? Я ответил ему, что на этот раз его неждут муки, просто повариха празднует свой день рождения, а он можетпосидеть с ней.

Язаставил повариху приготовить все ее любимые блюда в большихколичествах. Эта повариха весила около ста двадцати килограммов иобожала поесть. Я попросил ее накрыть маленький столик на двоих изаставил Герберта сесть и наблюдать, как она ест. Проголодавшийсяпосле работы на свежем воздухе, он посмотрел на всю эту твердую еду исказал: «Но это дьявольская мука». Повариха беззаботноела, явно наслаждаясь едой. Наконец Герберт сказал: «Вы невозражаете, если я положу себе немного еды?» Она ответила:«Пожалуйста, ешьте сколько угодно». И Герберт съел этутвердую еду. Мясо под соусом, картошка. Она была прекраснойповарихой. Так закончились проблемы Герберта с едой. Организуя этуситуацию, я опирался на простую идею — если вы посмотрите накого-то, кто ест с аппетитом, то вы можете подумать: «Однако,это кажется вкусным. Мне, наверное, тоже стоит попробовать немного».

ПосколькуГерберт считал, что он не способен двигаться, я мог привести его вкакое-нибудь место и он оставался там. Я специально оставлял этотсимптом напоследок. Этот симптом я использовал для того, чтобызаставить Герберта наблюдать за игрой в карты.

Герберт,до того как он попал в больницу, был заядлым картежником. Он играл нетолько из-за денег, но и из-за чистой страсти к картам. Он знал всекарточные игры и считал себя экспертом в этой области. ПосколькуГерберт считал, что он не может сам передвигаться, я поставил его вугол, а перед ним поместил карточный столик. За столик я посадилчетырех пациентов с ярко выраженным отставанием в

414

развитии.Они даже в точности не знали, как называется каждая карта. Один изних играл в покер, другой — в бридж, третий — в ещечто-то. Они клали одну карту на другую безо всякого смысла. Я сказалГерберту: «Знаешь, ты действительно нуждаешься в отдыхе. Жалко,что ты должен стоять, а иначе ты мог бы повернуться и уйти, илипоиграть в карты». Он ответил: «Вы всегда изобретаетесамые дьявольские пытки». Я ставил его сзади каждого из игроковпо очереди, чтобы он мог изучить всю игру, и при этом говорил:«Знаешь, на игру в карты существуют разные точки зрения».

Гербертуудалось вытерпеть несколько вечеров, но затем он сдался: «Есливы подберете трех хороших игроков, которые бы действительноразбирались в этом деле, я буду играть в карты». Для него, какдля квалифицированного игрока в карты, это было оскорблением —он был вынужден наблюдать, как люди играют в карты глупейшим образом.

Унас с Гербертом было много подобных столкновений, и каждый раз онпроигрывал, и из этих проигрышей вырастало осознание того факта, чтоя определенно знал, о чем говорил. Он проиграл мне достаточноеколичество очков, чтобы покинуть больницу, и по своему собственномужеланию.

КогдаЭриксон в конце сороковых годов оставил работу в больнице и открылчастную практику, он продолжал брать на лечение психотиков,взаимодействуя с ними подобным образом. Впоследствии он в большейстепени начал вовлекать в лечение семью пациента, но в основном егоподход к психотикам характеризовался прежде всего принятием ихстранного поведения, но принятием особым, вследствие которогопсихотическое поведение изменялось. В приведенном ниже диалогеЭриксона спрашивали о его подходе к психотикам.

\

415

Хейли:Давайтевернемся к юношеской шизофрении. Предположим, вам кто-то звонит иговорит, что один молодой человек девятнадцати или двадцати лет, котторый до сих пор был вполне примерным юношей, на прошлой неделевнезапно изменился и начал ходить по улицам, неся на себе большойкрест. Соседи обеспокоены, семья расстроена. Не могли бы вы помочьнам?

Какбы вы подошли к этой проблеме? К этой или другой страннойповеденческой реакции.. Эриксон:Ну,если бы этот юноша пришел ко мне, я бы прежде всего попросил егоосмотреть крест. И я бы посоветовал ему усовершенствовать этот крест,причем усовершенствование должно было бы быть минимальным. Если бы онсогласился на это изменение, то тем самым открыл бы себе путь к болеесущественным изменениям. И очень скоро мне удалось бы убедить его втом, что ему следует приобрести второй крест. А вообще-то емуследовало бы приобрести по меньшей мере три креста, чтобы каждый деньиметь возможность выбирать, какой крест взять с собой сегодня. Приусловии возрастания количества крестов было бы очень труднопродолжать психотическое поведение.

Хейли:Невозникло бы у вас предположение о том, что этот юноша происходит изпсихотической семьи? Эриксон:Явоспринял бы эту реакцию как беспомощное заявление: «Моя семьясводит меня с ума. Моя семья — это крест, который я не в силахнести». Хейли:Нодаже несмотря на это предположение, касающееся семьи, вы все равно быначали с креста, а не с семьи.

Эриксон:Да,потому что семья защищала бы своего мальчика и начала бы оказывать нанего еще более сильное давление. А этот юноша и так уже достаточноодинок. Он должен нести невыносимый крест. Он одинок со своимкрестом, о чем и объявляет во всеуслышанье. А все люди, в том числе исоседи, отвергают его. Он очень и очень одинок. Единственное, в чемон

416

нуждается,так это в усовершенствовании своего креста.

Хейли:Выбы начали встречаться с ним, а не с родителями?

Эриксон:Родителейя бы подключил намного позже. Хейли:Нородители с необходимостью отреагировали бы на увеличение количествакрестов, не так ли? Эриксон:Ода, конечно. Но, знаете, мой кабинет — прекрасное место дляхранения крестов. Хейли:Большинствопрофессионалов, которые сочли бы, что мальчик является представителемпсихотической семьи, немедленно вошли бы в контакт с семьей,предполагая, что юноша изменит свое поведение только тогда, когдаизменится что-то определенное в семье. Эриксон:Наверноестоит привести пример. Допустим, вы слышите крик о помощи, нообнаруживаете, что на шоссе лежит груда больших камней, но вы видитеи боковую дорогу, посреди которой лежит только один камень. И высворачиваете на эту дорогу, поскольку вас призывают и вы должнысделать что-то прямо сейчас. Груда больших камней — это семья,а боковая дорога с одним камнем — это ребенок. Вы выделяете емутерриторию, где он может чувствовать себя вправе быть собой, где егоотклонения не отвергаются, а встречаются с уважением. Он заслуживаетблагосклонного внимания, но не разрушительного внимания, и вы даетеему это, а затем можете взаимодействовать с семьей.

Есличеловек потерпел неудачу, пытаясь достичь независимости от семьи, тоон продолжает находиться в сильной эмоциональной связи со своимиродителями, несмотря на свой возраст. Сорокалетние и пятидесятилетниемужчины и женщины могут находиться в таких же запутанных отношенияхсо своими родителями, как и подростки. Иногда такие люди на некотороевремя совершенно прерывают контакт с родителями и действуют каксоциально отверженные со странным пове-

417

дением.В других случаях они связаны со своими родителями эмоционально ипространственно, и ни родители, ни ребенок не могут освободиться другот друга.

Еслирассмотреть процесс расставания родителей с детьми как процессвзаимодействия тех и других, то становится ясным, что не толькородители цепляются за ребенка, но и ребенок цепляется за родителей.Система функционирует так, как если бы разделение было вредоносным.Эти патетические отношения могут продолжаться в течение всей жизни,вплоть до старости. Следующий пример иллюстрирует способ, с помощьюкоторого Эриксон пытался добиться хотя бы частичного ослабленияэмоциональной связи между матерью и сыном, болеющим шизофренией втечение всей жизни.

Однаждыя работал с семидесятилетней матерью и ее пятидесятилетним сыном,больным шизофренией. Она была женщиной, полной сил, и буквальнопритащила его ко мне. Ни один из них не был способен на какую-либосамостоятельную деятельность, потому что они постоянно находилисьвместе. Мать сказала, что она хотела бы провести хотя бы один день вбиблиотеке, но она не может этого сделать, поскольку она должна бытьвместе со своим сыном. Если она пыталась уйти даже ненадолго, онначинал плакать и рыдать.

Страницы:

Получайте свежие статьи и новости Синтона:

Обращение к авторам и издательствам

Данный раздел сайта является виртуальной библиотекой. На основании Федерального закона Российской федерации «Об авторском и смежных правах» (в ред. Федеральных законов от 19.07.1995 N 110-ФЗ, от 20.07.2004 N 72-ФЗ), копирование, сохранение на жестком диске или иной способ сохранения произведений, размещенных в данной библиотеке, категорически запрещены.
  Все материалы, представленные в данном разделе, взяты из открытых источников и предназначены исключительно для ознакомления. Все права на статьи принадлежат их авторам и издательствам. Если вы являетесь правообладателем какого-либо из представленных материалов и не желаете, чтобы ссылка на него находилась на нашем сайте, свяжитесь с нами, и мы немедленно удалим ее.

Добавить книгу

Наверх страницы


Deprecated: Methods with the same name as their class will not be constructors in a future version of PHP; EasyTpl has a deprecated constructor in /home/s/syntonesru/syntone-spb.ru/include/components/tpl/easytpl.php on line 2

Наши Партнеры